Конфуцианство – этико политическое учение, зародившееся в Китае, основы которого были заложены в VI в. до н. э. древнекитайским мыслителем Конфуцием, развитое его последователями и вошедшее в религиозный комплекс Китая, Кореи, Японии и некоторых других стран. В конкретных условиях китайской империи конфуцианство играло роль основной религии, выполняло функции официальной государственной идеологии. Конфуцианство более двух тысяч лет было основой всего китайского образа жизни, принципом организации китайского общества, квинтэссенцией китайской цивилизации2.

Конфуций заимствовал первобытные верования: культ умерших предков, культ Земли и почитание древними китайцами своего верховного божества и легендарного первопредка – императора Шан ди. Впоследствии он стал ассоциироваться с Небом как высшей божественной силой, определяющей судьбу всего живого на Земле. Конфуций являлся хранителем мудрости «золотого века» – древности. Он стремился вернуть монархам утраченный престиж, улучшить нравы народа и сделать его счастливым. При этом он исходил из представления о том, что древние мудрецы создали институт государства ради защиты интересов каждого индивида [216. – С. 71].

Выдвинутая им на первый план и тщательно культивируемая социальная этика была эквивалентом веры, которая лежит в основе других религий. Высшим божеством считалось строгое и ориентированное на добродетель Небо. В качестве великого пророка выступал не вероучитель, склонный к видениям и откровениям (какими были Иисус, Моисей, Мухаммед или Будда), а мудрец моралист Конфуций.

Особое значение конфуцианство придавало Культу предков. Значительно изменив содержание и формы известного народам этого феномена («Чти отца и матерь свою», – сказано в Библии), конфуцианство придало ему глубокий смысл символа социального порядка и превратило его в первейшую обязанность каждого человека. Именно с этой целью Конфуций разработал учение о Сыновней почтительности, в соответствии с которым почтительный сын должен всю жизнь преданно заботиться о родителях, прислуживать и угождать им, быть готовым на все во имя их здоровья и блага, чтить их при любых обстоятельствах.

Выступив с критикой своего века и высоко ставя века минувшие, Конфуций на основе этого противоположения создал идеал совершенного человека. Социальный идеал Конфуция – высокоморальный (благородный) человек, описанный им в сборнике изречений «Луньюй» и сконструированный философом в качестве модели, эталона для подражания, который должен был обладать важнейшими в его представлении достоинствами. Во первых, это гуманность (жэнь), которая трактовалась Конфуцием необычайно широко и включала в себя множество качеств: честность и искренность, прямодушие и бесстрашие, внимательность в речах, осторожность в делах, скромность, справедливость, сдержанность, достоинство, бескорыстие, любовь к людям, которые впоследствии стали присущи всем приверженцам конфуцианства в целом, китайцам – в частности.

Однако для настоящего цзюнь цзы одной гуманности было недостаточно. Он должен был обладать еще и чувством долга («и»), продиктованным внутренней убежденностью в том, что следует поступать именно так, а не иначе. Долг – это моральное обязательство, которое гуманный человек в силу своих добродетелей накладывает на себя сам. Чувство долга, как правило, обусловлено знанием и высшими принципами, но не расчетом. «Благородный муж думает о долге, низкий человек заботится о выгоде», – учил Конфуций. В понятие «и» поэтому включались стремление к знаниям, обязанность учиться и постигать мудрость древних.

Конфуций разработал и ряд других понятий, включая верность и искренность («чжэн»), благопристойность и соблюдение церемоний и обрядов («ли»), в соответствии с которыми благородный человек должен: в сомнении справляться; в гневе обдумывать поступки; в выгодном предприятии заботиться о честности; в юности избегать вожделений, в зрелости – ссор, в старости – скряжничества. Благородный муж безразличен к еде, богатству, жизненным удобствам и материальной выгоде. Всего себя он посвящает служению высоким идеалам, служению людям и поиску истины. Познав истину утром, он может спокойно умереть вечером [ «Луньюй». – Гл. VIII, § 9]. Воспитывая эти качества, мудрецы выстраивали иерархию в обществе, обеспечивали тем самым его жизнеспособность. Заданный социуму природный ритм вносил своеобразный импульс развития в общество и государство. Вот почему в психологии конфуцианцев (китайцев) закрепились такие черты, как дисциплинированность, ответственность за порученное дело, стремление совершенствоваться как духовно, так и физически.

С течением времени и в связи с ростом авторитета Конфуция и его учения этот абстрактно утопический идеал все более становился обязательным для подражания эталоном, приблизиться к которому было делом чести и социального престижа для каждого, особенно для тех представителей высшего сословия ученых чиновников, профессиональных бюрократов администраторов, которые стали управлять китайской империей.

Общее назначение конфуцианства состояло в том, чтобы преобразовывать государство по законам гармонии, царящей в Космосе, упорядочивать и охранять все живое. Для Конфуция важны были пять «постоянств»: ритуал, гуманность, долг справедливость, знание и доверие. В ритуале он видит средство, выступающее как «основа» между Небом и Землей, позволяющее вписать каждую личность, общество, государство в бесконечную иерархию живого сообщества. При этом правила семейной этики Конфуций перенес на сферу государства. В основу иерархии им были положены принцип знания, совершенства, степень приобщения к культуре. Чувство меры, заложенное во внутренней сути ритуала через внешнее – церемонии и обряды – доносило ценности гармонического общения на доступном уровне до каждого, приобщая их к добродетелям.

Вместе с тем конечной и высшей целью социального порядка Конфуций и его последователи провозглашали интересы народа: из трех важнейших элементов государства на первом месте стоит народ, на втором – божество, на третьем – государь. Однако сами апостолы конфуцианства были глубоко убеждены в том, что самому народу его собственные интересы непонятны и недоступны и что без постоянной отеческой опеки образованных конфуцианцев управителей он никак обойтись не может.

Одной из важнейших основ социального порядка, по Конфуцию, было строгое повиновение старшим. Любой старший, будь то отец, чиновник, наконец, государь, – это авторитет для младшего, подчиненного, подданного. Слепое повиновение его воле, слову, желанию

– это элементарная норма для младших и подчиненных как в рамках государства в целом, так и в рядах клана, корпорации или семьи.

Все это также составляло Культ формы. Он породил в конфуцианской среде странное переплетение чувства сильного самоуважения с показным самоуничижением. Нормы поведения предполагали уничижительный тон обеих сторон по отношению к себе («Я, ничтожный, осмеливаюсь побеспокоить», «Как Ваша драгоценная фамилия», «Ваш недостойный слуга надеется» и т. п.). Однако такая форма общения не означала, что собеседники, даже если их позы, жесты, мимика соответствовали самоуничижительному тону, действительно считают себя ничтожными. Напротив, у всех них, как правило, было обостренное чувство собственного достоинства, а самой страшной, непереносимой обидой, катастрофой для любого из них являлась «потеря лица», публичное унижение, обличение, обвинение в чем то недостойном, не соответствующем чину, положению, образованию, воспитанию. По этой причине для психологии китайцев стали присущи, с одной стороны, такие характеристики, как глубокая преданность ближним и старшим, крайняя почтительность к ним, а с другой – в их поведении присутствует слишком много элементов показного, вводящего в заблуждение тех, кто их не знает, проявления всеобщей безликости и видимого смирения.

Форма в конфуцианстве была эквивалентом религиозного ритуала, например, молитвы в христианстве или исламе, аскезы или медитации в индуизме и буддизме. Более того, ни в одной из развитых религиозных систем, даже в исламе с его обязательной ежедневной пятикратной молитвой, жизнь людей не окутывалась такой густой паутиной обязательных церемоний. Регламент сковывал возможности человека, воспитание помогало приспособиться. Люди привыкали и исполняли церемониал автоматически, не задумываясь. Чем плотнее была сеть обязательного церемониала, тем более приближался человек к состоянию автомата. Ни свободного волеизъявления, ни смелости и непосредственности в чувствах, ни стремления к гражданским правам – все замещалось, вытеснялось жесткой тенденцией к комформизму, к полному и автоматическому соблюдению детально разработанной и веками апробированной формы, что и находило выражение в психологии и поведении китайцев.

В целом конфуцианство формировало своеобразные моральные и нравственные ценности людей. Это был не священный трепет перед богами, а стремление к партнерским с ними отношениям. Это не священный страх верующего перед божьей карой, а уверенность человека в себе, если он выполняет то, что от него боги требуют. Они обязательно в этом случае ему помогут.

Вас заинтересует

• Полезная литература
• Словарь основных терминов и понятий. Часть 2
• Словарь основных терминов и понятий
• Дальневосточные религии. Синтоизм
• Дальневосточные религии. Даосизм